Из истории посёлка Краснинского

Нина Андреевна родом из посёлка Горбуновского, ныне проживает в посёлке Краснинском Верхнеуральского района. Здесь она окончила школу,  вышла замуж, работала учителем русского языка и литературы в Краснинской средней школе, здесь вместе с мужем воспитала своих детей, а теперь няньчит внуков.

С малых лет интересуется Нина Андреевна историей родной Краснинской стороны. Интерес к прошлому особенно пробуждается после бесед со старожилами, непринуждённых разговоров о прежней жизни. Выходят из-под её пера увлекательные заметки, рассказы, очерки, многие из которых опубликованы в разное время в газете «Красный уралец».

Оставаясь общественным корреспондентом газеты по сегодняшний день, Нина Андреевна продолжает писать о своём посёлке, его окрестностях, облекает в художественную форму местные предания и легенды. Ей особенно удаются рассказы об односельчанах, простых тружениках, живущих по соседству. Нина Андреевна – человек, несомненно, талантливый, неравнодушный, внимательный. В наши дни умение слушать – большая редкость. Она с вниманием и любовью относится к людям пожилым, среди которых не только потомки казаков, ветераны Великой Отечественной войны, труженики тыла, но и рядовые работники сельского хозяйства: доярки, скотники, механизаторы. Выходит из-под пера Нины Андреевны рассказ о жизни очередного её собеседника, читаешь, и разворачивается перед тобой картина жизни человеческой с чередой грустных и радостных событий. Перекликается одна история с десятками других таких же, порой так и не рассказанных. Картина каждой человеческой жизни становится частью огромного полотна ушедшей эпохи, эпохи великих трагедий, побед и свершений. Важное и ответственное это дело – быть летописцем своего времени и места, так вот оно получается!

Жители Краснинского в рассказах Нины Андреевны узнают друг друга. Узнают и друг о друге. Открывает она миру нечто ценное, незаметное глазу, представляет порой в неожиданном свете очевидное. И начинают краснинцы иначе смотреть на простые события своей или чужой жизни, приобретает она для них через это бо́льшую ценность, значимость. Не всякий автор пишет о людях с такой любовью и так бережно. А старики – народ особый.

Далёкое и близкое

Рассматривая первый снимок двух неизвестных казаков в книге «На Урал-реке» составителей Р. А. Мухамедьянова и А. П. Моисеева, я почему-то останавливала взгляд на казаке слева, как будто знала, что это знакомый мне человек.

Как-то мы приехали в Горбуновский на день рождения внучки, я привезла с собой книгу «На Урал-реке», чтобы показать родным.

Те, открыв книгу и увидев фотографию на обратной стороне обложки, спросили меня:

– Это кто?

– Неизвестные казаки, – ответила я.

– Как это неизвестные? – сказала Нина Ильинична Шеметова, взглянув на фото. – Вот мой отец, Арзамасцев Илья Михайлович, а справа – его друг, казак из Карагайского (она назвала фамилию, но я не запомнила, а вскоре Нина Ильинична умерла).

Об Арзамасцеве Илье Михайловиче я расспросила его внучку, Валентину Георгиевну, вспомнила сама кое-какие факты из моего детства и всё записала.

С пяти лет мы дружим с Арзамасцевой Ниной Александровной и часто бывали у её дедушки, Ильи Арзамасцева. Жили они в небольшой избе напротив конторы и магазина. Жену его звали Евпо́ловна. В посёлке, как известно, уважаемых людей называют по отчеству. У стариков было пятеро детей и много внуков. Когда бы мы ни пришли, бабушка Елена усаживала нас за стол и кормила пирожками с молоком или компотом.

Свою жену Илья Михайлович боготворил. Я помню этих тихих, спокойных стариков, которые очень походили друг на друга. Она невысокая, едва достающая ему до плеча, он красивый, с копной седых, вьющихся волос, усами, которые его очень украшали.

Я спросила Валентину Георгиевну: «Как они жили между собой?». Она поведала, смеясь: «Однажды бабушка уехала в Магнитогорск. Началась гроза, и Елена Евполовна задержалась в дороге. Темнело. Илья Михайлович высыпал из мешков зерно в сусек и, увидев супругу на пороге, в сердцах кинул в неё пустым мешком (переволновался, ожидаючи)».

На фотографии из книги Илья Михайлович в казачьей форме, тогда было ему лет двадцать пять. Его призвали в армию, да началась гражданская. Дедушка не любил говорить о войне, он в политике не разбирался, ворчал: «Всё перемешалось. Иногда идёшь в атаку и вдруг видишь: среди красных наши земляки – казаки, и их надо было убивать. Э-эх!» – и плакал.

Вернулся домой на заимку. В 1921 г. семья Ильи Михайловича прибавилась сыном: брат и его жена умерли, их сын Саша оказался в детском доме, сбежал оттуда, пришёл на заимку к дяде, да так и остался.

Начались годы коллективизации. Арзамасцевы решили переехать в родную Горбуновку. Сделали, как и все, землянку. В ней и жили.

В Великой Отечественной Илья Михайлович не участвовал: он отсидел 10 лет за неосторожное сравнение своих усов и лампасов на штанах со сталинскими. «Всё как у Сталина, – сказал он, – только машины нет». Нашлись «добрые люди», быстро доложили кому надо. [Его посадили]. Это были трудные годы для семьи. Вернувшись, он пошёл работать в колхоз, возил на лошади горючее, а жена в детском саду работала.

Всегда их дом был полон детей. Все были обласканы любовью. Каждое воскресенье, как и подобало настоящим казакам, он с семьёй ехал в Краснинскую церковь, где казак пел при алтаре. У него был прекрасный голос, семья была поющая.

– Учил нас дедушка петь «Рождество», молитвы, – вспоминает внучка. – Никогда не ругался матом. Пчёл держал. У меня, случалось, полные кудри пчёл набьются, плачу, кричу, а он: «Вот, язва, беги к бабушке, она тебе вытащит».

Очень строго в семье соблюдались посты, придерживались старого уклада жизни: до Петрова дня ни ягод не сорви, ни морковки, до медового Спаса мёд не вкушали.

Такова была чета Арзамасцевых, немногословных, проживших суровые годы, не растерявших любви друг к другу. Наработавшись, присядут, бывало, на лавочку, с любовью смотрят на внучат, ласково переглядываясь. Тихо и незаметно ушли они из жизни один за другим, оставив добрые воспоминания и любовь свою в детях, внуках.

Я хочу обратиться к жителям Карагайского. Может, у кого в доме есть такая фотография, где Арзамасцев Илья Михайлович запечатлён с другом из Карагайского? Напишите в редакцию или мне в Краснинский. Очень хочется знать о судьбе друга Арзамасцева Ильи Михайловича.

Фото 1.

Нина Андреевна Кудрина. Преподаватель младших классов Краснинской средней школы, старшая пионервожатая. П. Краснинский, 80-е годы. Семейный архив Кудриных, п. Краснинский

Фото 2.
Боевые товарищи. Слева – Арзамасцев Илья Михайлович (отец Нины Ильиничны Шеметовой) с другом из посёлка Карагайского. Начало ХХ века.