Решаем вместе
Сложности с получением «Пушкинской карты» или приобретением билетов? Знаете, как улучшить работу учреждений культуры? Напишите — решим!

Были песенки, и сказки были

Людмила Владимировна Зарубина, Клавдия Георгиевна Черепанова и Нина Андреевна Кудрина. Посёлок Краснинский, декабрь 2022 года.

Фольклорная экспедиция — процесс интересный, азартный! Это как в лес идти за грибами или ягодами — никогда не знаешь наверняка, что попадёт в поле твоего зрения, что удастся раздобыть. Тут надо, чтобы «звёзды сошлись»: собеседник был расположен говорить, ты — слушать, чтобы к месту всё пришлось и ко времени. Пусть даже и рассказчик хорош, по-настоящему встретиться удаётся не всегда.

Тепло вспоминается наша поездка в Краснинск[1], ставший уже родным, в декабре 2022 года. Нам удалось записать тексты колыбельных песенок и даже сказку «Про козу-дерезу» — этим мы и хотим сегодня с вами поделиться. Наши собеседницы: Нина Андреевна Кудрина, Клавдия Георгиевна Черепанова и зашедшая совершенно кстати Людмила Владимировна Зарубина — тёплая собралась компания. Чай с блинами и малиновым вареньем, жаркая печь, присевшая у ног кошка, герань на окне, а за стеклом мороз — всё располагало к общению. Душевная вышла беседа.

***

Хоть бедно жили, а детей у всех было много. Сейчас не хотят, оно, может, и не к чему. Были и сказки, и песенки были. Тогда в зыбках качали, до сих пор вон гвоздь в матке[2] торчит — зыбка под потолком висела, болтухаешь и поёшь:

 

А баю-баю-баю,

Не ложися на краю.

Придёт серенький волчок,

Тебя схватит за бочок.

 

Баю-баю, зы́баю,

Дед пошёл за рыбою,

Бабушка пелёнки мыть,

Нянька детушек кормить.

 

Ай, ду-ду, ду-ду, ду-ду,

Потерял мужик дугу,

Шарил-шарил, не нашёл,

Сам заплакал да пошёл.

 

Про козу-дерезу

Жили-были дедушка да бабушка, была у них коза, строптивая, всем всегда недовольная. Уж как недовольно ножкой топнет, хвостиком закрутит — беда! Козу бабушка пасла. Вот она её пасёт по горам, по долам, по лесам, по полям, где травка зелёная да сочная, к речке пригонит, водицей светленькой напоит, спать уложит, коза полежит, вытянется, выспится, опять травку щиплет, к вечеру домой идут. А дедушка встречает, ворота открывает и спрашивает:

— Сыта ли ты, козонька, пьяна ли?

А коза рожками закрутит, хвостиком закрутит, ногой как топнет:

Я не сыта, я не пьяна,

Я по горкам не скакала,

Травы шелковой не видала,

Бежала через кленовый мосточек,

Ухватила один листочек,

Бежала около речки,

Ухватила капельку водички.

Дед на бабушку палкой замахивается, ругает «на чём свет стоит»:

— Что ж ты, старая, козу-то не пасла?

Бабушка плачет:

— Я пасла, пасла! Обманывает она тебя.

Вот дедушка терпел-терпел, решил сам попасти козу.

— Не можешь ты, старуха, оставайся дома на хозяйстве, а я пойду пасти.

Уж он её пас-пас, по лесам, по лугам, к речке пригнал, напоил. Поспала коза, опять травки поела, напилась водички, домой пошли. А дедушка козу опередил, ворота открыл и спрашивает:

— Сыта ли ты, козонька, пьяна ли?

А коза пуще прежнего вредничает, как копытом начала бить, хвостом крутит, рогами вертит:

Я не сыта, я не пьяна,

Я по горкам не гуляла,

Травы шелковой не видала,

Бежала через кленовый мосточек,

Ухватила один листочек,

Бежала около речки,

Ухватила капельку водички.

Дед рассердился, палкой отходил козу, привязал её рогами к изгородке и пошёл нож точить. А коза чует, что конец пришёл, начала рваться. Рвалась-рвалась, рвалась-рвалась, оторвалась и бежать пустилась. (Продолжение следует)

 

 



[1] Верхнеуральский район Челябинской области.

[2] Матка — брус, на котором держатся потолочины.

ИНФОРМАЦИОННЫЕ ПАРТНЕРЫ